Трапеза продолжалась,, и за угощением министр сказал еще вот что:
- Мой сын, тюнагон Канэтада, весьма изрядно слагает песни "имаё". Очень хотелось бы, чтобы государь, если возможно, поведал ему свои секреты стихосложения.
Государь согласился, но заметил:
- Здесь, в столице, это неудобно. Лучше займемся этим в загородном дворце Фусими!
Он объявил, что отлучится до послезавтра, и быстро собрался в путь. Выезд состоялся непарадный, поэтому сопровождающих было совсем немного, кушанья в дорогу взяли только самые простые, несложные. Помнится, занималась этим одна лишь госпожа Бэтто. Из-за того, что я лишь недавно разрешилась от бремени и к тому же часто переезжала с места на место, я очень исхудала и кроме того обносилась, но раз приказ гласил: "Поезжай!" - пришлось ехать. После того случая дед мой Хёбукё вовсе перестал бывать во дворце, и я тревожилась - как же мне собираться, в чем ехать? Ведь мне вовсе нечего надеть! К счастью, как раз в это время Снежный Рассвет прислал мне нижнее косодэ, бледно-желтое на зеленоватом исподе, парадную красную накидку - вышивка изображала унизанные каплями росы осенние травы, еще одно шелковое косодэ и шаровары-хакама. Поистине я больше, чем когда-либо, обрадовалась его подарку! С нами ехали министр Коноэ, сын министра, тюнагон Канэтада, прежний канцлер Мототада, а из свитских государя - только дайнагон Санэканэ Сайондзи и вельможа Моротика. Усадьба Кудзё, где проживал теперь дайнагон Дзэнсёдзи, находилась недалеко от дворца, его часто к нам приглашали, говоря, что хоть он и удалился с императорской службы, но уж к нам-то во дворец приехать бы можно без стеснения, однако он всякий раз отказывался, ссылаясь на то, что из дома никуда не выходит. Несмотря на это, все-таки опять послали за ним придворного Киёнагу, и на сей раз он в конце концов приехал в Фусими и привез с собой двух замечательных певиц и танцовщиц "сирабёси"[9]; впрочем, до поры до времени об этом никто не знал. Но, после того как в Нижнем дворце закончилось обучение искусству стихосложения, Дзэнсёдзи объявил, что здесь присутствуют две сирабёси, государь очень заинтересовался и тотчас же приказал их позвать. Оказалось, что это сестры. Старшая была в темно-алом одинарном косодэ и в шароварах-хакама, ей было уже за двадцать, младшая - в бледно-желтом полосатом кафтане - на рукавах были вышиты лепестки кустарника хаги - и в широких хакама. Старшую звали Харугику, Весенняя Хризантема, младшую - Вакагику, Юная Хризантема. После того как они спели несколько песен, государь пожелал увидеть пляску. Сирабёси отнекивались: "Мы не привезли с собой барабанщика!", но барабанчик удалось отыскать, и отбивать ритмы стал дайнагон Дзэнсёдзи. Сперва плясала Юная Хризантема. После этого государь повелел: "Старшая тоже!" Старшая всячески отказывалась, говоря, что давно уже не плясала и все забыла, но государь просил ее очень ласково, и она в конце концов согласилась - это был дивный, изумительный танец! Государь пожелал, чтобы танец был не слишком коротким, и она исполнила пляску "Славословие". Поздней ночью сирабёси уехали, но государь даже не заметил этого, так сильно он захмелел, а назавтра был назначен отъезд.
