- Она уже здесь! - сообщила я, и государь появился в кафтане, затканном хризантемами, и в широких хакама, распространяя на сто шагов вокруг благоухание ароматических курений, которыми был пропитан его наряд. Аромат этот, сильный до одурения, носился в воздухе, проникая даже ко мне, за ширму.
Государь обратился к девушке, и та без малейшего смущения, бойко отвечала ему. Я знала, что такая развязность не в его вкусе, и мне невольно стало смешно. Меж тем уже наступила ночь, и они улеглись в постель. Как всегда, я обязана была находиться рядом с опочивальней. А дежурным по дворцу в эту ночь был не кто иной, как дайнагон Санэканэ Сайондзи...
Ночь еще только началась, когда в соседнем покое, судя по всему, все уже закончилось - быстро, безвкусно и вовсе не интересно. Государь очень скоро вышел из опочивальни и кликнул меня. Я явилась.
- Как все это скучно... Я крайне разочарован... - сказал он, и мне, хоть и вчуже, стало жаль эту девушку.
Еще не пробил полночный колокол, а ее уже выпроводили из дворцовых покоев. Государь, в скверном расположении духа, переоделся и, даже не прикоснувшись к ужину, лег в постель.
- Разотри здесь!.. Теперь - здесь! - заставил он меня растирать ему плечи, спину. Полил сильный дождь, и я с жалостью подумала: каково-то будет девушке возвращаться?
- Скоро уже рассвет... А как быть с той, кого привез Сукэюки? - спросила я.
- В самом деле, я и забыл... - сказал государь. - Поди посмотри!
Я встала, вышла - до восхода солнца оставалось уже недолго... У павильона Суми, у беседки над прудом я увидела насквозь промокший под дождем кузов кареты - как видно, она так и простояла под открытым небом всю ночь. "Какой ужас!" - подумала я и приказала:
- Подкатите сюда карету! - На мой голос из-под навеса выскочили провожатые и подкатили карету к подъезду. Я увидела, что наряд женщины, зеленоватое двойное платье из глянцевитого шелка, насквозь промок, - очевидно, крыша кареты пропускала дождь, - и узоры подкладки просвечивали сквозь лицевую сторону. Глаза бы не глядели, какой жалкий все это имело вид! Рукава тоже вымокли - как видно, она проплакала всю ночь напролет, волосы - от дождя ли, от слез - слиплись, как после купания. Девушка не хотела выходить из кареты.
